Партнеры

История Украины » Старая крепость Арабат - сторож крымской степи

Посещений: 2564

Откуда бы вы ни отправились к Арабатской стрелке, вы должны проезжать самую монотонную степь, при конце которой стоит дрянное местечко Арабат с развалинами старинной крепости…» — предупреждал путешественников XIX века знаменитый путеводитель Марии Сосногоровой. Тем, кто тогда проделывал утомительный путь ради того, чтобы взглянуть на остатки этого укрепления на песчаной косе, соединяющей Крым с «большой землей», было на что посмотреть, хотя местные жители уже успели часть стен разобрать: готовым камнем в крымских степях никогда не пренебрегали.

«Ребат» (потом это слово стали произносить как «арабат») в переводе с арабского означает «воинский пост». Историю появления этой крепости рассказывает в своих записках турецкий путешественник Эвлия Челеби, побывавший в Крыму в 1666-1667 годах: «Эта большая и мощная каменная башня круглой формы стоит на мысе Крымской земли, выступающем в Азовское море, на плоском месте, среди лугов и цветов. Ее построил наш господин Мухаммед Герай-хан... Причина ее построения такова: несколько крымских казаков из казацких рабов, улучив случай, вплавь перебрались через Азовский пролив на сторону степи Хейхат и добрались до калмыцких татар. «Азовское море у этого Арабатского мыса оказалось мелким, — сказали они, — мы убежали оттуда и пришли к вам. Теперь же вернемся туда, ударим по Крымскому острову, возьмем много имущества у татар и освободим много наших из рабства». У казаков, как известно, слова редко расходились с делом. Нащупав уязвимое место в системе обороны полуострова, они действительно соблазнили множество калмыков обещаниями богатой добычи в Крыму, и перебрались по Азовскому морю к Арабатской стрелке. «Казацкий десант» ударил внезапно, и у первых крымских деревень, встретившихся на их пути, не было никаких шансов задержать недавних пленников. Эвлия Челеби упоминает, что «на Арабатском мысу они захватывали богатую добычу три дня подряд», после чего захватили деревню в окрестностях крепости Керчь.

Ближайшим к Арабатской стрелке (кроме Керчи) укреплением были «ворота Крыма» — крепость Ор-Капу (она стояла на перекопском валу, рядом с современным Армянском). Именно через нее проходили торговые караваны, именно этим путем доставляли многих невольников. В Ор-Капу имелся собственный гарнизон, поэтому оттуда навстречу казакам и калмыкам выдвинулся отряд. «Шел он вслед день и ночь, преследуя их в степи, настиг калмыков и пропустил их сквозь зубы мухаммеданских мечей. Были захвачены 47 тысяч калмыцких коней и пленены бежавшие из Крыма казаки. Все казаки были справедливо казнены» — так заканчивает описание тех событий турецкий путешественник. После этого прецедента и решено было поставить крепость неподалеку от основания Арабатской стрелки.

На карте Арабатская крепость впервые появилась в 1651 году. Держать здесь большой гарнизон не имело смысла. Нескольких пушек и полутора сотен солдат вполне хватало, чтобы держать под контролем этот «вход» на полуостров. Два последующих столетия крепость Ребат постепенно приходила в запустение: гарнизон сокращался, а обвалившиеся куски стен ремонтировать не спешили. Может быть, именно поэтому русские войска без особого труда дважды вторгались в Крым по Арабатской стрелке во время русско-турецкой войны 1735-1739 года. Хан Арслан Гирей, чуть позже ставший правителем Крыма, к делу обороны относился серьезнее, чем его предшественники, пренебрегавшие этим укреплением. Вряд ли ему нравились эти «прогулки» русских по Арабатской косе — потому и стал приводить не только Ребат, но и остальные крепости востока и севера Крыма в порядок. Они были отремонтированы, а гарнизоны усилены.

Поэтому в 1771 году победа под стенами крепости русским войскам далась нелегко, и потери оказались немалыми. Зато генерал Щербатов радостно рапортовал государыне-императрице о том, что Арабат пал и ничто не преграждает путь русским войскам, если будет решено войти в Крым этим путем. Когда Крым стал частью Российской империи, старая крепость Арабат была уже не нужна. Казалось, что как военный объект она уже не играет никакой роли. Но крепость еще пригодилась во время Крымской войны 1853-1856 годов. Чтобы предотвратить возможность высадки здесь вражеского десанта и вторжения по этому пути в Крым, два батальона солдат стерегли узкую полоску земли. Опасность миновала, и снова потянулись для крепости годы забвения и запустения. Война даже развалины может снова превратить в укрепление. Во время Гражданской Арабатская стрелка снова превратилось в «место возможного перехода противника», здесь появились ограждения из колючей проволоки, окопы, а стены крепости могли послужить защитой. Вспомните старый добрый фильм «Служили два товарища». Его герои как раз и участвуют во взятии Крыма. Снимали его на Арабатской стрелке, практически вся сцена боя проходит у стен крепости, возле нее убивают женщину-комиссара. На самом деле, арабатское направление в знаменитом плане Михаила Фрунзе по взятию Крыма считалось вспомогательным. После успешного перехода Сиваша и захвата полуострова Литовский штурмовали Перекоп (как раз то место, где некогда находилась упоминавшаяся уже другая крепость, Ор-Капу). А вот перебросить войска по Арабатской стрелке не получилось: огонь с кораблей противника «накрывал» всю эту узкую полоску земли.

Великая Отечественная война «украсила» окрестности крепости дотами: несколько находятся неподалеку от стен, и целая цепочка вытянулась вдоль вала по направлению к Сивашу. О боях, которые здесь были в то время, известно очень мало. «Арабатская стрелка протяженностью 100 километров была изрыта окопами, дотами. В несколько линий тянулись минные поля, проволочные заграждения, металлические противотанковые ежи…» — так начиналась небольшая заметка в газете «Керченский рабочий», опубликованная в 1957 году. Заметка написана в духе своего времени — наивная, приукрашенная, даже чуть нелепая из-за обилия эпитетов и вымышленных деталей. Но все-таки, но все-таки… Был октябрь 1941. У основания Арабатской стрелки шли жестокие бои: пехотный батальон при поддержке батареи черноморских моряков прикрывал подступы к Керченскому полуострову. Отступать можно было только по самой Стрелке. Прикрывать отступление выпало политруку роты Николаю Толпину и 17 бойцам. Автор заметки, рисующий образ «коммуниста без страха и упрека», просто обязан был упомянуть, что на такое дело Толпин вызвался добровольно. Он описал эту сцену так: «Командир ответил не сразу. Он поднял воспаленные от бессонницы глаза, окинул взглядом ладного, всегда подтянутого политрука, затем быстро встал, обнял Николая и крепко поцеловал».

Они погибли все — политрук Николай Толпин и его 17 бойцов. Слишком мало было их, слишком много наступающих немцев. Они сделали все, что могли — чтобы наши части успели уйти по Арабатской стрелке на «большую землю». Никто не видел, как они умерли, никто не мог рассказать об этом. Смерть всегда неприглядна и страшна, наверняка совсем не так было, как в той газетной заметке: «Толпин сам занял место у пулемета, расстреляв почти взвод фашистов. Он продолжал стрелять, будучи ранен в грудь, руку и голову. И умирая, он сосредоточенно с ненавистью смотрел на врага, и мускулистые руки его крепко сжимали рукоятку пулемета».

Нет такой крепости, о которой бы не рассказывали легенды. Классикой жанра можно считать повествования о подземном ходе, через который воин, соблазнившийся наградой за свое предательство, провел в крепость неприятеля. Как оно там было с наградой и последствиями такого неблаговидного поступка — неведомо, однако то, что подземный ход существовал — факт неоспоримый. К нему, обвалившемуся, еще в конце девятнадцатого века водили путешественников. «Подземный ход существовал здесь с незапамятных времен…» — это снова цитата из путеводителя.

На радость туристам и сейчас под стенами крепости сохранился вход в небольшое подземелье. Там мог быть погреб или комнатка для стражи. Местные жители традиционно называют его «началом подземного хода». И под стенами крепости, и во внутреннем дворе видны ямы. Некоторые из них очень старые, а другие свежие: видимо, не оскудела еще земля теми, кто поверил в еще одну классическую байку о спрятанных в крепости сокровищах. На самом деле, в этом отдаленном гарнизоне не могло быть больших богатств, а служивые наверняка довольствовались скромным жалованием — мзду за проезд или ввоз товаров брать было не с кого.

Возможно, археологи могли бы еще найти новые факты из истории этой крепости, но раскопки не проводились здесь очень давно, ведь согласно документации изучение крепости не велось с советских времён. Сейчас впору озаботиться совсем другим — сохранением Арабата вообще: рушатся камни, появляются на стенах не только написанные, но и вырубленные автографы туристов. Наверняка, когда крепость охраняла вход в Крым, казалось что невозможно разрушить эти толстые стены толщиной в три метра. Ни войны, ни время не могли ничем повредить такому «твердому орешку», но крепость оказалась бессильной перед людьми...